Немец в Адыгее. Среди студентов, сталактитов и лишайников.

В этом году в работе Летнего методологического университета принимал участие доктор Фолькер Отто, Музей естествознания г. Гёрлитц, Германия. По окончании своего пребывания в Адыгее он решил поделиться с нами своими мыслями и впечатлениями, которые мы с большим удовольствием представляем Вам на страницах нашего сайта.

В Адыгее я не в первый раз. Данная поездка уже девятая по счету. Для меня адыгейская эпопея началась много лет назад, с приглашения социально-экологического союза, с целью изучения природных условий района горы Большой Тхач, с тех пор, я побывал в этой солнечной стране восемь раз, эта поездка стала девятой. В нынешнем году я впервые по приглашению АГУ участвовал в работе Летнего методологического университета. Прежде чем начать свой рассказ о моем пребывании в этом замечательном месте, я хотел бы поблагодарить всех тех, кто дал мне возможность участвовать в этом мероприятии, заботился обо мне и кто вносил свой вклад в то, что бы мое пребывание среди этих милых и приятных людей стало приятным.

Было очень интересно, познакомится с вашей работой, огромное впечатление произвели ваши народные танцы и многие идеи в организации культурной жизни лагеря. Незабываемыми для меня останутся многочисленные экскурсии, например в Большую Азишскую пещеру. К сожалению, из-за своего ограниченного знания русского языка, я не всегда мог участвовать в общении в том объеме, в котором я хотел бы.

Мне кажется, что студенты АГУ и других участвовавших ВУЗов имеют отличную возможность для непосредственного общения между преподавателями и студентами разных направлений и совместного отдыха. В моей стране соотношение громадного количества студентов в сравнении с не большим количеством преподавателей создает такой разрыв, который уже не позволяет, таких тесных контактов между преподавателями и студентами как у вас. Считаю Летний Методологический Университет АГУ отличной возможностью для вас, в приятной обстановке делать шаг вперед в вашем научном развитии, как членов большой международной научной общины.

Несколько слов о моих интересах и моей деятельности на Кавказе: для меня человека, широко интересующегося миром лишайников, особенно интересно многообразие в данном районе представителей  этой группы организмов. На Кавказе еще растут многие виды  лишайников, которые в прошлые полтора столетия уже исчезли на моей родине. От них остались гербарные образцы в Музее естествознания, где я работаю. Поэтому мне интересно, в каких непосредственных условиях они произрастают, живут и какие сообщества образуют. Моим коллегам в музее, которые занимаются беспозвоночными животными, тоже весьма интересны обитатели этих лишайниковых сообществ. Дело в том, что эти сообщества, очевидно, играют центральную роль в экосистемах. Например, в Швеции ученые нашли, что в лесах, где в результате антропогенного воздействия количество лишайников на коре и ветвях деревьев снижалось, соответственно уменьшалось пропорциональное количество беспозвоночных животных, и в результате этого, количество птиц в этих лесах уменьшалось на одну четверть! Но это были хвойные леса в северной Европе. Изучение таких взаимоотношений в широколиственных лесах Европы достаточно трудно. Правда исследования в Швейцарии показали, что и в средней Европе лишайники являются наиболее подходящими индикаторами всего биоразнообразия лесов. Но сравнительное изучение функциональности природных европейских широколиственных экосистем достаточно трудно, потому что практически везде либо загрязнение воздуха, либо лесопользование влияет на лесные экосистемы, и лишайники являются наиболее чувствительным компартиментом. Даже в известной Беловежской Пуще, далеко от истоков загрязнения, более чувствительные виды лишайников исчезли.

Только на Кавказе можно еще изучать полный состав европейской лихенофлоры и его роль в экосистемах. Занятие лишайниками вообще стало довольно интенсивным во многих странах мира, начиная в середине 20-го века, когда ученые начинали понимать свойства лишайников, как индикаторов состояния окружающей среды. Между тем речь идет об индикации изменения климата, и я считаю Кавказ с его богатой лишайниковой флорой из разных биогеографических систем особенно подходящим для таких наблюдений.

Следует отметить, что на Кавказе растут не только европейские виды лишайников. В первые годы своей работы на Кавказе, когда мы работали высоко в горах, я этого не заметил. Но в последние годы, я имел возможность изучать лихенофлору низкого горнолесного пояса - например, в нынешнем году в окрестностях "Горной Легенды". Там наблюдается замечательное количество видов, которые в Европе редко или совсем отсутствуют, но которые широко распространены в восточной Азии и восточной северной Америке. Обычно этот биогеографический элемент считают третичным реликтом, но вопрос состоит в интерпретации характера этих реликтов - являются ли они реликтами в историческом смысле слова, или являются ли они индикаторами реликтового климата третичного типа?

Биогеографические особенности Кавказа дают нам возможность изучать этот вопрос путем сравнительного наблюдения распространения этих видов в сравнении с европейскими.

Кавказ является одним из не многих мест в мире с особенно высоким биологическим разнообразием. По-моему, на фоне изменяющегося землепользования, которое сильно влияет на биоразнообразие, наблюдение флоры лишайников как наиболее хороших индикаторов всего биоразнообразия особенно важно. Остаётся и большое количество нерешенных таксономических проблем и очевидно не возможно их решить в рамках непродолжительного присутствия. Поэтому, мы очень рады, что существует тесное сотрудничество между нашим музеем естествознания и факультетом естествознания Адыгейского государственного университета на базе договора о сотрудничестве. Мы уверены, что оно будет укрепляется и внесет свой вклад в общечеловеческое научное знание и дело сохранения природных богатств Кавказа.

Фолькер Отто.