Выход альбома

Патриарх адыгской фольклористики Зарамук Кардангушев как-то с грустью пошутил: Получившие консерваторское образование навсегда утеряны для адыгской культуры. Имелось ввиду, что фольклор в обработке профессиональных композиторов и в исполнении именитых артистов, приобретая стилистическую законченность, зачастую теряет самое главное – дух и колорит. Оказавшись в тупике урбанизации и глобализации, современный человек пытается нащупать новые точки опоры. Как ни удивительно, одним из эффективных средств снятия тревожности оказалось возвращение к традиционному музыкальному искусству, к тому, что именуется в современной Европе аутентичное этническое. Ощущение тревог и волнений тысячелетней давности (войны, голод, соперничество), осознание их преодолимости остается актуальным и для века цифровых технологий.

Не так давно в Адыгее, на базе Центра адыговедения Адыгейского государственного университета, создан уникальный коллектив под названием «Жъыу» (кабардинск. ежьу). Руководитель – народный мастер по изготовлению традиционных музыкальных инструментов З.Гучев, научный консультант – доктор филологических наук Р.Унарокова. Изначально группа ставит своей целью популяризацию аутентичного адыгского фольклора. Концерты проходят в форме беседы с включением публики в процесс исполнения, максимально приближенно к творческой атмосфере хачеша (кунацкой). При содействии Центра адыговедения Адыгейского государственного университета, международного молодежного фонда «Гуфэс» (Мэмэт Едиджи), студии звукозаписи «Рулла» (Р.Барчо) группа «Жъыу» выпустила альбом с 32 песнями и инструментальными наигрышами. Условно определены 2 раздела: песни исполняемые в хачеше (кунацкой) и песни исполняемые в лагуне (женской половине дома).

В альбом вошли 10 наигрышей, широко известные песни из нартского цикла, младшего эпоса, народной лирики, а также фольклорные произведения, длительное время находившиеся в архивах и пассивной памяти народа. Вот лишь некоторые из них: «Абадзехская походная песня», песня о герое Кавказской войны Тугужуко Кизбече, «Песня о Нашхожуко неистовом» (герой, в одиночку отвоевавший у группы грабителей свою жену), «Песня-наигрыш извлечения пули» («Шэхэх уэрэд»), философская песня «Щыпкъищэ» («Сто истин»), аллегорическая «Песня собаки и вепря», «Песня о Шхагуаше» (река Белая), «Каракамыль» (величально-плачевая песня о прекрасной девушке, погибшей от случайного выстрела во время празднества), «Песня о джегуако», смеховая песня о дележе поминальных пирогов («ХьэдэIусым и хъыбар»), пастораль «Мэлгъэжей», обрядовый наигрыш поиска тела утопленника («Псыхэгъэ»), «Атакум» (песня-сетование жены нерадивого воина, из фольклора диаспоры), «Сетование Боры могучего» (эдипов мотив в адыгском фольклоре), наигрыш к парному танцу «Сэндракъ».

Солисты-фавориты – молодые исполнители Заур Нагоев и Мадин Сташ. Их исполнительское мастерство достигло той степени импровизационной свободы, вентрально-гортанной игры, которая позволяла любому черкесу запеть на публике. Это мастерство, которое раньше оттачивалось вполголоса (дзапэ уэрэд) за работой, на облучке арбы, в седле и т.д. Прежде чем запеть в кунацкой, рядовому черкесу предстояло многолетнее прослушивание песен, преданий, нравоучений и т.д. Все это формировало дух исполнительства, включенность в контекст и, наконец, соответствующий мимический склад. Стоит добавить, что оба исполнителя группы «Жъыу» также органично владеют традиционными музыкальными инструментами.

Тесная связь песни с контекстом (предание, культурно-историческая конситуация) – отличительная черта адыгского фольклора. В современных условиях исполнения, когда слушатель недостаточно подготовлен, опущение контекста влечет за собой частичную или полную утрату смысла, заложенного в песне. Группа «Жъыу» пытается восполнить и этот пробел. Корифей ансамбля З.Гучев в устной форме расставляет основные символические доминанты (история песни, аутентичный источник, диалект и т.д.). К сожалению, это оказалось возможным лишь в условиях «живого» концерта. Первый записанный группой альбом пока не располагает подобным информационным источником. К издержкам студийной записи относится также более или менее осознанное стремление к исполнительскому инварианту, в то время как фольклор – это всегда вариант, всегда импровизация. Стремление к филигранности и чистоте звука, упорядочению ритмизирующих (несмыслонесущих) слов типа гущэ, маржэ, атIэ, в особенности в женских партиях a capella, в условиях студийной записи смещают исполнителя ближе к осторожности, нежели к импровизации. Эту вокальную аккуратность, несвойственную традиционному фольклорному исполнению, можно было бы смягчить, например, посредством наложения легких шумовых эффектов (от скрипа арбы до морского прилива). Все эти моменты, изначально заложенные в программе деятельности группы, предусмотрены в следующих проектах.

Возвращение к традиционному этническому в его аутентичном варианте, как было сказано, продиктовано не только эстетическим и познавательным интересом. Древнее искусство возникло, прежде всего, как инструмент преодоления страха, дающий уверенность в будущем и радость от единения с окружающими людьми. Европа, утратившая живой фольклор, с интересом обращается к традиционным обществам и культурам. Массовые слушания проходят на площадях, в концертных залах и церковных храмах. Мы имеем в этом смысле большие преимущества в виде открытого доступа ко всем уровням: языковому, культурно-символическому, историческому.

Опыт группы «Жъыу», безусловно, интересен хотя бы с той точки зрения, что ее творчество послужит индикатором эффективности функционирования традиционного фольклора, реализации его первичных задач в современных условиях.

Мадина Паштова, канд. филологических наук, сотрудник научного Центра адыговедения АГУ.